 |
О Лилле и Париже
Прошлой осенью по долгу службы мы с женой должны были ехать в северофранцузский Лилль, который так неоднозначно был воспет в одном из недавних номеров 'Афиши-Мир' в рубрике 'Несезон'. И нет, чтобы как нормальным людям спокойно полететь из Питера прямым рейсом до Парижа а затем сесть на TGV! Нужно было исхитриться и 'пробить' поездку через Москву и Брюссель
 |
|
|
|
 |
|
Франция - КУПИТЬ ПУТЕВКУ можно в офисе продаж, по адресу:
|
|
|
|
|
|
|
 |
|
|
|
 |
Наградой стали испорченные нервы и неизгладимые воспоминания, ради которых, собственно, и не стоило бы жалеть о первом.
Например, отель, в котором предстояло провести ночь в Брюсселе, расположен на улице с названием Rue de Brabant, которая, согласно описаниям, должна была находиться в двух минутах ходьбы от Северного вокзала (Gare du Nord). Так вот друзья на посольской машине с уставшими нами на борту искали это чудное место около 20 минут, крутясь при этом по ужасающе грязному, мрачному, и, в общем-то, зловещему кварталу. Кругом было все, что вы привыкли видеть в злобных американских фильмах о наркодилерах, уличной шпане, граффити и самкоподобных негритянках в подсвеченных витринах. 'Ничего себе! Я и не знал, что здесь такое есть!', — крутил головой за баранкой сотрудник российского посольства в Брюсселе.
Наш друг не постеснялся и спросил потом местных знакомых, знакомо ли им название Rue de Brabant. В ответ раздались фыркания и смешки — культурному бельгийцу, оказывается, положено эти нехорошие слова произносить полушепотом.
Отель, к слову, оказался весьма неплохим. А из окна номер открывался вид на брюссельский даун-таун с небоскребиками (именно так, с уменьшительным суффиксом) и тянущуюся прямо внизу железную дорогу. Тем, кто никогда прежде не бывал на Манхэттене, но намерен туда отправиться, советую сначала потренировать сознание в Брюсселе.
На следующее утро поездом отправились в Лилль. Нет смысла описывать пейзажи за окном. Бельгийский ноябрь можно смело делать понятием нарицательным — спит все вокруг, включая тускло-зеленые луга, толстенькие деревья, и всяких домашних животных.
Во Францию въезжаешь незаметно, но, если не забыли 'Жерминаль' Эмиля Золя, то обязательно встрепенетесь, увидев горы-терриконы с грязными подножьями. Север — шахтерский край. Сам Лилль накидывается со всех сторон внезапно. Каким бы скучным он не был в 'Афише' подан, а все же не заметить его нельзя. И 'маленьким городочком', как умилялся один ушлый товарищ, провожавший нас напутствиями, тоже никак не назовешь. Все-таки, культурная столица Европы-2004, в которой элементарно заблудиться, особенно в окраинах.
Из урбанистических штучек в Лилле имеет смысл отметить местное метро, передвигающееся безо всяких машинистов. Просто пара длинных вагонов, в котором можно занять выгодное местечко впереди и смотреть в жерло туннеля, отчаянно вспоминая, за что нужно держаться, когда катаешься на американских горках. Ну а если навстречу несется другой сумасшедший поезд, то и вовсе туши свет! Даже трехмерный кинотеатр не нужен! Из негатива можно вспомнить довольно потные давки на маленьких подземных станциях и дурацкую манеру поезда стоять на каждой остановке не меньше 2-х минут. Правда, раздражало это только нас с женой, ибо мы, похоже, были единственными людьми, которые куда-либо в этом городе спешили.
На достопримечательностях останавливаться нет смысла. Во-первых, не так долго мы там были, а вот вторых, весь старый центр — одна сплошная достопримечательность с массой уютных улочек. Приятно погулять у городской Цитатели. Любителям шопинга тоже есть, чем побаловать себя. Прямо возле вокзала Lille Flandres раскинулся огромный торговый комплекс EuraLille, в котором можно блуждать целый день, коли больше нечем заняться. Ресторанчиков и кафе также предостаточно, и вы практически в любом месте евро за 30 сможете неплохо перекусить. Но внимание! Если не владеете французским, лучше не выпендриваться, а просить меню на том языке, который понимаете. Если не понимаете никакого, то местные специалитеты лучше не заказывать. Ибо я, любитель пробовать наобум, не считающий нужным нудно расспрашивать официанта о блюде, впервые жизни подверг свой эмпирический способ сомнению. При том что жена все-таки спросила услужливого араба, что содержится внутри некоего аутентичного блюда, начинающегося на 'А'.
Тот, естественно, растекся на великом могучем французском, который мы знаем на пару примерно как ученик начальных классов во французской школе. Успокоились непонятливые туристы только при вполне понятном слове 'Ham' и дали человеку добро. Тот, впрочем, не отстал, пока не узнал, с чем дорогие гости изволят это кушать — с сырным ли соусом, и какой крепости и твердости должен быть у соуса аромат…
…Именно последнее слово ударило в нос, когда блюдо принесли. Татьяна ткнула вилкой подозрительную колбаску, лежащую в лужице сырного соуса, и, изменившись в лице произнесла: 'Тебе не кажется, что она пахнет г…м?'. Сохраняя солидную мину, я сделал лицо дегустатора, потянул воздух ноздрями и… к своему ужасу должен был с супругой согласиться. Колбаска на букву 'а' действительно пахла чем-то, вроде дерьма. А раз так, то оттенки описывать, думаю, нет надобности. Это было поистине ужасно, но еще ужаснее была правда от знающих людей. Оказывается, дернуло нас заказать полупрожаренные свиные внутренности, что считается во Франции деликатесом, чуть ли не на уровне фуа-гра. Нет нужды говорить, что пообедали в тот день мы исключительно вином…
Несмотря на фекально-гастрономические приключения, уже в первый вечер Лилль показался почти родным. А через два дня из него не хотелось уезжать, и мы с какой-то неприязнью смотрели на стрелообразный TGV, который должен был жестоко быстро увезти нас в Париж.
Реальность превзошла все ожидания. Оказалось, что за два дня, проведенных в Лилле, мы превратились в этаких французских провинциалов, которых сразу оглушил и растоптал хаотичный, бегущий, едущий, крутящийся в каком-то суетливом танце Париж. Поначалу даже посмеивались над собой — ну прямо как из Жмеринки в Москву приехали: 'Тю, дывысь, яка кака намалевана!'.
Тем не менее, неосторожно решили в первый же день дать себе лошадиную дозу столицы и пропахали ее пешком всю насквозь, от больших бульваров до Эйфелевой башни. В конце дня, изжеванные парижской помпой, замученные шумными перекрестками, вроде того, что посередине площади Concordе, совершенно не умилившиеся несусветной грязью Монмартра, пропахшего мочой (а также полного сенегальцев, которые за 10 евро норовят повязать вам на руку якобы приносящий счастье нитяной браслет и заговаривающих его на счастье 'чики-чики-бум-бум'), мы мечтали только об одном. Заползти в какую-нибудь тихую щель и спастись от этого жуткого города, в котором тебя всюду ищет вращающийся глаз-прожектор Эйфелевой башни. Нашли ее в маленьком отеле на Boulevard du Temple. Щель в прямом смысле слова — два человека в коридоре расходились боком, а край ванны в номере находился в тридцати сантиметрах от головы лежащего на кровати.
К концу вторых не менее безумных суток мы стали понимать, что ни хрена это не романтический город, а высасывающий все соки спрут. Он отбирает у тебя деньги, внушает комплекс неполноценности (хотите проверить — постойте минут 5 на разделительной полосе на Елисейских полях), убивает детские наивные представления о городе всех влюбленных (Париж оказался на 100 процентов таким, каким мы его представляли, и это самое неприятное). Страшнее него в Европе разве что зверь по имени Москва. Но…
При этом сами не заметили, как быстро стали разбираться в метро, причем произносить названия станций по-французски, с чистым выговором. Говорить 'пойдем к нашему банкомату', заходить в одни и те же кафе и… чуть-чуть жалеть о скором отъезде. Сейчас, почти полгода спустя, друг с другом соглашаемся: 'Я бы в Париж еще съездил (съездила)…' Не подскажете, к какому доктору обращаться?..
По материалам: "archive.travel.ru/!"
|
 |
