12 французских городов или бессонная поездка. Часть2
Продолжение
 |
|
|
|
 |
|
Франция - КУПИТЬ ПУТЕВКУ можно в офисе продаж, по адресу:
|
|
|
|
|
|
|
 |
|
|
|
 |
5. Вояж по Нормандии: Амьен, Руан, Онфлер.
На следующий день мы путешествовали по городам Нормандии.
Первым был Амьен, в котором для начала, открыв хорошую традицию, продолжаемую во всех других посещаемых нами городах, мы осмотрели кафедральный готический собор, напоминающий парижский Нотр-Дам.
Надо сказать, что Амьен для меня очень знаменательный город прежде всего не своим собором, а фактом проживания здесь любимого писателя моего детства и отрочества Жюль Верна, который, вероятно, навсегда и зародил во мне страсть к путешествиям своими приключенческими романами.
Писатель приехал в это город в сорокалетнем возрасте и прожил здесь со своей женой, уроженкой этих мест, до самой смерти. Здесь им были созданы самые знаменитые произведения о путешествиях в разные страны, которые он посещал вместе со своими литературными героями, не хуже им же сотворенного Паганеля 'не покидая собственного кресла' и уж, конечно, пределов Амьена, который он считал самым прекрасным городом Франции.
Похоронен Жюль Верн в этом городе. Здесь же, в Амьене есть ему памятник. Но оценив реальное расстояние до него от собора по карте, я решила, что добежать не успею и отправилась гулять по городу.
Компанию мне составила туристка из нашей группы – немолодая, но очень активная Марина Алексеевна, с которой мы вместе путешествовали еще в туре 'Вся Италия' два года назад, и весьма радостно узнали друг друга на белорусско-польской таможне.
За отведенное нам время мы успели лишь пробежаться по старому городу и его набережной, где фотографировали собор с мостика, а также домики на берегу и деревянного моряка, стоящего над поверхностью реки. Честно говоря, после Брюгге набережная провинциального Амьена уже не произвела столь сильного впечатления, хотя сам городок тих и мил. В нем даже можно затеряться от толп многонациональных туристов, которых здесь не так много, и сделать фотографии, с которых будет смотреть лишь фотографирующийся, не окруженный неизвестными ему людьми.
Следующим городком на нашем пути был Руан – средневековый город, столица Нормандии на реке Сене. Руан показался мне довольно большим и богатым на исторические достопримечательности.
Высадили нас у Руанского собора, рядом с которым в выставочных залах демонстрировалась экспозиция импрессионистов, в том числе уважаемого мною Моне, любившего рисовать этот самый собор в бликах яркого солнца.
Весь центр Руана застроен старинными балочными, фахверковыми домиками, что всегда придает городку такой уютный и сказочный вид, что хочется бродить по нему бесконечно, заглядывая в каждый переулок.
Потом мы вышли в очень зеленую часть города, утопающую в цветах, деревьях, фонтанах и лужайках, на которых иногда попадались лежащие тела отдыхающих. По дороге мы прошли еще мимо парочки готических соборов, а также старинного здания Дворца юстиции, во дворе которого расхаживали толпы моих французских коллег в черных мантиях. По всему было видно, что у них в этот день проходило здесь какое-то торжественное мероприятие, они улыбались и радостно приветствовали друг друга.
Следующей целью на нашем пути была Площадь Старого Рынка, печально известная сожжением на оной Жанны Д?Арк. В этом самом месте в память о молоденькой храброй девушке, ведомой рукой Господа, стоит высоченный крест, подножие которого высажено алыми, как кровь и языки пламени, цветами.
Кстати, сам рынок с причудливыми старыми крышами являлся вполне действующим, по всей площади от него витал сильный запах рыбы и прочих морепродуктов.
Рядом с памятным крестом находится приземистая небольшая церковь Жанны Д?Арк, внутри которой есть монумент французской героини со светящимися фонариками прутиками, напоминающими горящий хворост. Сама церковь, несмотря на то, что расположена она чуть ниже уровня земли, поэтому спускаться к алтарю надлежит по огромной лестнице, довольно светлая, поскольку вся ее стена выложена прекрасной мозаикой, отлично пропускающей солнечные лучи.
На площади наша экскурсия закончилась, и мы с Татьяной отправились гулять по городу. Покупая по дороге французские сладости, мы дошли до башни со старинными часами, чем-то напомнившей мне чуть более причудливо украшенную и пузастую часовую башню в Берне.
Впоследствии я прочитала, что такая умозрительная связь между этими городами возникла у меня не случайно.
Дело в том, что в средние века Руан славился изготовлением лучших в мире часов. Но в конце XVII века после принятия Людовиком XIV Нантского эдикта, отменившего свободу вероисповедания, протестанты, среди которых было немало представителей 'часовой' буржуазии эмигрировали на территорию Швейцарии.
Руан показался мне раскрученным туристическим городом: его центр оккупирован многочисленными лавками с разнообразными французскими круассанами, сувенирными магазинчиками, которые осаждаются толпами путешествующих.
Как приятно было после этой суеты приехать в тихий предвечерний Онфлер – город рыбаков и художников, расположенный на так называемом Цветущем берегу Нормандии.
Переезд в этот город из солнечного Руана состоялся через первую майскую грозу и проливной ливень, которые мы, к счастью, застали в автобусе. Гид нам сказала, что столь резкая смена погоды типична для этих мест – сказывается близость океана.
Онфлер вырос из бывшей рыбацкой деревушки, в которой находится очень интересная, непохожая ни на одну виденную мною в Европе ранее, деревянная приземистая церковь Святой Екатерины, построенная после Столетней войны мастерами верфи.
Но главной достопримечательностью города, не раз изображавшейся на картинах импрессионистов, является квадратная площадь-гавань с бело-голубыми яхтами и рыбацкими лодками, к которой с одной стороны примыкает старинная сторожевая башня.
Надо сказать, что домики на набережной в отличие от разноцветного Руана черные, серые и коричневые, что напомнило мне Амстердам, из-за такой палитры представившийся мне довольно мрачным.
Вся набережная Онфлера усеяна огромным количеством сувенирных магазинчиков, кафе и лавок с вином, выставленном в корзинах на улице. Но суеты в данных заведениях не наблюдалось, видимо отпугивали цены – они здесь довольно высоки.
Между тем я приобрела пару ракушек в коллекцию родителям, которые давно уже мне наказывали никакие иные виды сувениров из путешествий им не привозить.
Еще не удержавшись, хотя было довольно холодно и временами моросил противный дождь, я отведала на набережной мороженое в виде шарика любимого мною тирамису в рожке. От лакомства я была далеко не в восторге. Все-таки Германия по-прежнему держит в моем досье самый высокий рейтинг по производству вкуснейшего мороженого.
Мы с Таней успели также прогуляться в городской садик Онфлера, центральный вход в который украшали белые каменные львы.
Сад оказался довольно маленьким. Мы обнаружили в нем небольшой водопадик, клумбы цветов, несколько скульптур и лужи на дорожках от недавно прошедшего ливня.
6. О пользе ночных прогулок (Кан)
На ночевку мы прибыли в городок Кан (не путать с Каннами на Лазурном берегу Франции).
Здесь нас с Татьяной поджидало жестокое разочарование – нам достался номер с одной полутороспальной кроватью, к которому прилагалось одно одеяло. Возмущенная Татьяна отправилась к гиду, которая сначала выясняла вопрос обмена номера с администраторшей за стойкой, но, не добившись успеха, попыталась поменять нас с парами из группы, которым в противоположность нам достался TWIN вместо DOUBLE.
Многие такие пары оказались семейными, но уже видимо сильно уставшими друг от друга, поэтому меняться они не захотели, мотивируя это тем, что уже втащили в номер чемоданы и даже сняли носочки (аргументация одного из представителей славного мужского пола). Мои заверения, что вещи перетащить поможем, не возымели результата.
Я вернулась в номер, уже почти смирившись с незавидной судьбой некомфортной ночевки, когда через несколько минут Татьяне вместе с нашим гидом каким-то чудом все-таки удалось найти другой номер с раздвигающимися кроватями и наш ночной отдых был спасен.
Воспользовавшись тем, что жили мы недалеко от центра Кана, я решила вечером отправиться на прогулку по нему. Поскольку Татьяна подобные мои устремления не поддерживала, я заранее договорилась о прогулке с сидящими передо мной в автобусе туристками из Красноярска Аллой и Натальей.
Поначалу Татьяна тоже отправилась с нами гулять по городу, но не пройдя и 20 минут в поисках собора, к которому мы по наитию шли по ночным и безлюдным улочкам Кана, вдруг передумала и решила вернуться в отель.
Мы же еще были преисполнены надеждой собор отыскать. И, о, чудо! Он неожиданно предстал перед нами за очередным поворотом. Величественный, красивый, подсвеченный… Будто приветствуя нас, собор заиграл своими колоколами, а мы так и застыли, восхищенные…
Разумеется, собором дело не ограничилось. Мы обошли его и увидели огромную площадь перед красивым длинным зданием, напоминающем дворец. На площади среди подстриженных в различных формах кустиков и деревьев играли своими струйками маленькие фонтанчики. С другой стороны нами был обнаружен еще один разрушенный собор.
Дальше мы шли уже исключительно на светящиеся красивые объекты, почти не сверяя свой маршрут с картой, предварительно взятой в отеле.
Так нам удалось еще посмотреть Дворец юстиции и памятник, вероятно, Вильгельму Завоевателю у какого-то здания с колоннами, напоминающего театр.
По дороге нам встретилась гид, которая предупредила, что отель закрывается в 23.00 и рассказала как пользоваться кодом у нас на карточках, чтобы проникнуть в него через 'запасной вход'.
На обратном пути нам повстречались и другие туристы из нашей группы, так же дружественными кучками дефилирующие по городу.
Одна из таких группок – две сестры Маша и Оля с мамой рассказали нам, что они оказались более продвинутые, чем мы, и дошли даже до замка Вильгельма Завоевателя, который им очень понравился. Но возвращаться нам уже не захотелось.
7. Монастырь на горе и стена над морем
Утро началось с приятного сюрприза – нас завезли на дегустацию национальных напитков Нормандии.
Во дворе деревянного домика были выставлены бочки и бутылки с сидром, кальвадосом, называемом яблочной водкой, и местными сухими винами.
Честно говоря, неплохое впечатление на меня произвел только сидр, которого я купила в подарок сотрудникам по работе. Кальвадос показался противным своим фруктовым привкусом (уж лучше водка), а сухое вино я, честно говоря, не очень уважаю.
Но большую часть времени несколько человек нашей группы, включая меня, провели не в дегустации напитков, а в созерцании в мой старенький бинокль виднеющейся вдалеке на абсолютно плоской равнине горы, венчаемой монастырем-замком с длинным уходящим в небо шпилем. Это был вожделенный Мон-Сен-Мишель, занимающий далеко не последнее место в списке памятников Всемирного наследия ЮНЕСКО.
На подъезде к аббатству нас остановили для фотопаузы, откуда Сен-Мишель открывался во всей своей красе.
Надо сказать, что монастырь находится на полуострове, при приливах превращающемся в остров, куда можно добраться исключительно воспользовавшись плавсредствами.
Сейчас гора стояла посреди голой равнины, с изредка попадавшимися лужами. Фактически мы лицезрели морское дно, еще недавно залитое водой. При этом ходить по нему можно было, не боясь провалиться в жидкую грязь. Так сильно и быстро поверхность высушивалась солнцем и ветрами.
Сен-Мишель расположен на границе Нормандии и Бретани, безуспешно воюющих за сферы влияния над ним.
Как ясно из названия, посвящен монастырь Архангелу Михаилу. С момента своего создания Святым Обером аж в 708 году – это такой же главный паломнический центр Европы, как, например, монастыри Черной Мадонны (Монт-Серрат в Испании, монастырь в Ченстохове в Польше). А уж какое это посещаемое место братьями-туристами можно было только судить по количеству припаркованных рядом автобусов.
Сен-Мишель являлся центром сопротивления в Столетней войне. Отсюда Вильгельм-завоеватель пошел на Англию.
В монастыре наш гид показала нам церкви, трапезные, гостевые и рыцарские залы, подвалы, где держали узников (во время революции монастырь функционировал как тюрьма), зеленые дворики с галереями колонн.
Узкими мощеными улочками, мы бродили по монастырским стенам, со смотровых площадок которых открывался захватывающий вид на море, плещущееся где-то вдалеке на горизонте, виднеющейся с одной стороны Ла-Манш и людей, бредущих по этой бескрайней пустыне в сторону полоски воды. Судя по тому, что они все время фотографировали довольно однообразную ровную поверхность, мы рассудили, что это наверняка японские туристы.
А мне почему-то очень хотелось посмотреть на монастырь в окружении воды. Вдоволь нагулявшись по его стенам и сильно продрогнув на ветру не слишком-то теплого майского дня, я спустилась вниз к подножию монастыря, окруженному лавочками со всевозможными сувенирами, в основном 'викинговской' тематики.
В магазинчике я прикупила ракушки родителям и отправилась в обход горы Мон–Сен–Мишель, ощущая себя мальчиком с сачком из фильма 'Бриллиантовая рука', которого встретил Миронов, оказавшись на узенькой полоске суши, залитой водой.
Побродив по дну морскому и окончательно замерзнув, я вернулась к автобусу и мы продолжили путь теперь уже по Бретани, заметив резкую смену окружающей действительности.
Теперь она представляла собой не маленькие уютные городки с разноцветными, деревянными и фахверковыми домиками, а деревушки из серых каменных строений и оставалось только поражаться такой грандиозной смене заоконных декораций в пределах нескольких часов езды по одной и той же стране.
Затем мы поехали в Канкаль, город, названный по имени скалы Канкаль (Устрица). Догадайтесь, зачем? Правильно! Попробовать это экзотическое национальное блюдо. Уже на подъезде к нему мы заметили несколько хозяйств, где выращивают устрицы, а также череду кафе, предлагающих их отведать.
На набережной Канкаля в ожидании призыва нашего гида, рыскающего в поисках места, где нас могут не слишком долго обслужить устрицами, мы наблюдали как на лодки, лежащие на земле медленно, но верно надвигается прилив.
В ресторанчике мы сели за столиком вдвоем с туристом из нашей группы Володей, который заказал себе аж 12 устриц, желая получить всю гамму экзотического удовольствия. Я же как-то не осмелилась заказать устриц, поскольку не понимала, как можно наслаждаться сырыми скользкими, живыми и пищащими (особенно когда их поливали лимонным соком) созданиями, поэтому ограничилась обедом из мяса с картофелем. Еще мы заказали графинчик белого вина, которое, как потом выяснилось, показалось большинству самым вкусным из выпитого за время всего тура.
С мясом вышла неудача, оно было приготовлено с кровью, но с успехом было прикончено Володей, который мне в свою очередь презентовал кусочек устрицы. Последняя оказалась кисло-соленой, нежной и не такой противной, как я думала.
Надо сказать, что и ранее во Франции у нас ни раз случались казусы, связанные с непониманием местными жителями, даже в самых раскрученных туристических местах, английского языка. Но в этом ресторанчике случился апофеоз театральной постановки попытки нашего общения с официантами ресторанчика.
Надо сказать, что не знать никакой другой язык, кроме родного, как выяснилось, очень выгодно. В ресторанчике нам абсолютно неправильно посчитали заказ, превысив реальную стоимость раза в полтора.
Причем до этого я лишь раза с пятого смогла объяснить, что мне нужен счет.
А когда непосредственно делали заказ, мне пришлось изображать из себя корову в попытках получить блюдо с мясом.
Теперь я пыталась внушить, что наш заказ – это комплексный обед с устрицами и без (есть у них в ресторанчике такое предложение) и стоит он гораздо меньше, чем если оплачивать каждое блюдо отдельно.
Пришлось обращаться к помощи нашего гида, которая, зная французский язык, и то довольно долго билась с французскими официантами за правду.
Причем, как потом оказалось, мы были не единственными, на деньги которых покушались французские официанты.
Возбужденные очередным общением с французским обслуживающим персоналом, мы отправились в Сен-Мало – город корсаров и мореплавателей, памятными монументами которых усеяна длинная стена, защищающая город со стороны моря.
Многие называют Сен-Мало городом пиратов. Но это не совсем так! Чем настоящий корсар отличается от настоящего пирата? Правильно! Корсар грабит на море вполне законно с точки зрения своего короля, который посылает его на эти подвиги и всячески покровительствует ему в этом.
А пират грабит для себя и нарушает законы как своего государства, так и других. В общем, как говорил известный 'джентльмен удачи': 'Украл! Выпил! В тюрьму! Романтикаааа!'
О Сен-Мало буквально за неделю до моего отъезда туда рассказывал знаменитый 'непутевец' Дмитрий Крылов в своей не менее известной воскресной передаче.
В этот день нам не повезло с погодой. Было очень холодно и дул пронзительный ветер, поэтому гуляя по крепостной стене я получала удовольствие, глядя на яхты и буруны морских волн, лишь первые полчаса прогулки. Затем бесконечность стены стала меня напрягать, еще через 100 метров мне уже безумно захотелось с нее спуститься, а уши просто отваливались от мороза и ветра. Но спускаться в город с однообразными сувенирными лавками и кафешками, имеющимися в каждом городе и похожими друг на друга, как близнецы, мне не хотелось. Через какое-то время мне стали попадаться туристы нашей группы, что очень обнадеживало наличием вблизи спуска на главную площадь города. И действительно вскоре я вернулась в начало своего маршрута.
Следующие полчаса я провела в безуспешных попытках найти подъем на башню 'Диана' гордо возвышавшуюся над городом и размахивающую сине-белым флагом.
Когда я вернулась к автобусу, моя соседка по креслу Елена, пересевшая назад в первый же день поездки, уплетала мороженое. От этого мне стало еще холоднее и я поспешила взобраться в наш теплый четырехколесный дом.
А потом был отъезд и разгоряченные речи туристов о море, о море…
8. Галопом по замкам Луары
(Шенонсо, Шамбор и Амбуаз)
На утро мы отправились в первый замок на нашем пути – Шенонсо, 'женский замок'. Назван он так не только за свой изящный стиль эпохи Возрождения, но и потому, что тесно был связан с именами двух известных женщин Франции – красавицы Дианы де Пуатье, фаворитки Генриха II, которой собственно этот замок и был подарен последним, и Екатерины Медичи, супруги Генриха II.
После гибели Генриха II на турнире (как известно копье попало ему прямо в глаз) Екатерина Медичи вернула себе замок и продолжила его обустройство.
Пройдя через платановую аллею, в мокрых обочинах которой копошились взъерошенные выдры, мы оказались возле милого, аккуратного замка, действительно очень 'женственного', возвышавшегося над рекой Шер. С другой стороны замок окружал французский садик с подстриженными кустиками, аккуратными клумбочками и хиленькими фонтанчиками.
Как известно, замок – это обычно место, где короли и приближенные к ним 'отрываются' от дел государевых по полной программе вдали от своих благоверных с фаворитками, устраивая шикарные празднества и попойки или гоняя охотничьих собак по окрестным лесам. Соответственно почти каждый замок имеет такие помещения, как залы для балов и приемов, охотничьи комнаты, шикарные и, как правило, многочисленные спальни, а также помещения, где обитал обслуживающий персонал – комнату стражи, кухни, кладовые.
Шенонсо, как и посещенные нами впоследствии замки не отличались в этом плане особой оригинальностью, и все вышеперечисленные помещения были в нем представлены.
Сначала под руководством нашей Татьяны Леонидовны мы совершили очень интересную экскурсию по замку, где мне запомнилась бесконечная череда спален с огромными кроватями, а также подвальная кухня со сковородками, поразившими своими большими размерами, и корзиной с настоящей картошкой, которую пытались унести в карманах предприимчивые туристы. А как же! Сувенир с кухни Шенонсо!
Помимо них особенно запомнилась очень маленькая, но светлая библиотека, выходящая своими многочисленными окнами на кусочек живописной реки с лесом, а также так называемый 'Зеленый кабинет', действительно выдержанный в светло-зеленых и салатовых тонах с прекрасными и огромными гобеленами, выполненными в той же жизнеутверждающей цветовой гамме.
Примечательна галерея, выстроенная Екатериной Медичи на мосту через реку Шер, появившемся по велению Дианы де Пуатье. Во времена Екатерины галерея использовалась как великолепный очень длинный и светлый с многочисленными окнами, выходящими на реку, зал для балов, пол которого представлен черно-белыми плитами, выложенными в шахматном порядке.
Во время Первой мировой войны в Галерее был оборудован госпиталь. Так светлый и праздничный зал был превращен в печальное место. Кроме того, южные двери галереи выходили в так называемую свободную зону, при том, что вход в замок находился в оккупированной зоне.
Еще запомнились темные комнатки спален, где Екатерина Медичи 'выдерживала траур' после смерти своего 'непутевого' мужа. Вот все-таки судьба: сначала мирись с фавориткой и конкуренткой Дианой, а затем скорби об утрате близкого человека. Впрочем, возможно она действительно любила его!
После осмотра замка у нас еще оставалось немного времени для осмотра его садов. По просьбам туристов я была откомандирована с многочисленными фотоаппаратами на узкий парапет над рекой Шер для съемки замка, наиболее полно отражающегося в воде именно с этого ракурса.
Следующим на нашем пути был Амбуаз, известный не только своим замком в стиле Возрождения, но и капеллой Сан-Убер, в которой похоронен Леонардо да Винчи.
Времени нам дали так мало, что смысла идти в замок не было, и мы ограничились его внешним осмотром и съемкой с мостика на реке. Тем более, во всех путеводителях было написано, что судьба у замка была тяжела и постоянно омрачалась пожарами и историческими катаклизмами вроде Первой мировой войны, поэтому внутреннее убранство его не сохранилось.
Да и дела в Амбуазе у нас были явно 'поважнее' – мы пошли на дегустацию. Пробовали мы три вида сухих вин – белое, розовое и красное. Как ни странно, мне, любительнице красного (но только не сухого), в данном случае понравилось именно белое, и многим туристам тоже.
К сожалению, сыродегустация в соседней лавке была закрыта, и мы были вынуждены прочесывать ближайшие лавки в поисках вкуснейших французских сендвичей и маленькой пиццы.
Следующим на нашем пути был замок Шамбор, построенный изначально как охотничий замок любителем сего увлечения – Франциском I. Замок знаменит своей причудливой крышей, в создании которой принимал участие (сам!) Леонардо да Винчи. Шамбор поразил своей огромностью и великолепной центральной винтовой лестницей, правда, интерьеры далеко не всех комнат сохранились.
Мы осмотрели основные помещения замка, часовню, а также довольно скудный на экспонаты музей охоты и природы, представленный не только рогами и шкурами животных, но и милыми зелеными зайчиками из цветов. После этого мы поднялись на крышу, которая и впрямь оказалась великолепна, но немного перегружена фонарями, фронтонами, башенками, и продолжили свою прогулку теперь уже на свежем воздухе. Мы хотели подняться еще повыше, где увидели площадку, по которой также можно было ходить, но проход туда почему-то был закрыт.
После осмотра замка, я посетила соседствующую с ним неподалеку на пригорке маленькую церквушку, прячущуюся за великолепным розовым кустом.
Потом я спустилась к реке, где очень пожалела о недостатке времени, поскольку здесь давали в прокат лодки и велосипеды, на которых прогулка вокруг замка наверняка показалась бы в тысячу раз приятней.
Как не жаль было покидать долину Луары с ее прекрасными замками, но душа, наверное, каждого туриста упорно стремилась туда, к городу мечты и красоты. Ура! Мы ехали в Париж! Сегодня мы будем там. Сегодня я снова пройду по его прогулочным улицам, почувствую ритм этого чудесного и суетного мегаполиса, окунусь в его приятную атмосферу.
По пути в Париж у нас была остановка в Шартре с его знаменитым огромным собором в окружении туристических лавочек. Позади собора находилась смотровая площадка, с которой открывался обзор этого маленького городка с отдыхающим на лужайках местным населением, забавлявшим себя бадминтоном и жонглированием самых разных предметов.
В Париж мы въехали, когда уже немного смеркалось, и город зажигал свои разноцветные огни. В девять вечера мы сели на кораблик у пристани рядом с Эйфелевой башней и отправились на прогулку по Сене под многочисленными парижскими мостами мимо его великолепных площадей, зданий музеев и соборов. Мимо проплывали мост Александра III, площадь Конкорд, музей Д'Орсэ, здание Лувра, остров Ситэ с его знаменитым Нотр-Дамом и вновь вернулись к Эйфелевой башне, светящейся разноцветными огнями и венчающим ее мощным прожектором света, рассекающим темный уже к тому времени небосвод.
Я сидела на открытой корме и едва успевала фотографировать (что из-за дрожания кораблика и ночных огней получалось не очень удачно), снимать на видеокамеру и слушать русскоязычную экскурсию с потрясающей музыкой, передававшуюся по большой железной трубке, висящей рядом с каждым сидением.
Подобная прогулка мне безумно понравилась еще в первый мой визит в Париж. Она настолько романтична, что я бы совершила ее еще неоднократно. В прошлый раз после кораблика мы отправились на Эйфелеву башню для осмотра ночного Парижа сверху, но Татьяна Леонидовна решила везти нас в отель, ссылаясь на то, что угадывать сверху здания Парижа легче, когда их уже знаешь из экскурсионной программы, а она нам предстоит только завтра, а также кивая на усталость многих туристов от насыщенного экскурсионного дня, жаждущих поскорее упасть в кресла парижской гостиницы. Собственно те, кто хотел этого, ждали приезда в гостиницу всегда, независимо от насыщенности программы, своими речами сокращая время пребывания в городах.
Делать было нечего, и мы отправились в отель, который находился, конечно, не в центре Парижа, но зато поблизости от одной из станций метро.
Поскольку компанию для прогулки по вечернему городу мне никто не составил, я завалилась спать, предвкушая завтрашнюю прогулку по Парижу.
Окончание следует
По материалам: "www.ayda.ru"
|
