 |
Африка загадочная и прозаичная. Часть1
Дыхание Африки я почувствовала, как только вышла из самолета. Вечерняя душная влажность. Я видела из иллюминатора береговую линию, взлетную полосу и пальмы, а теперь под ногами - нагревшийся за день асфальт и на горизонте – отблески заката. Первого заката в Тунисе
 |
|
|
|
 |
|
Тунис - КУПИТЬ ПУТЕВКУ можно в офисе продаж, по адресу:
|
|
|
|
|
|
|
 |
|
|
|
 |
Сейчас я чаще всего вспоминаю это ощущение – когда тебя вдруг обволакивает жарким воздухом, и кажется, что ты даже чувствуешь запах моря, хотя знаешь, что оно далеко…
Мелочами отдых не испортить
Однако о самом приятном – позже, сначала - к прозе жизни. Да, друзья мои, вы должны быть готовы к различным мелким неприятностям, особенно, если несколько сэкономили на туре и решили поселиться не в пяти, а трехзвездочном отеле. Например, ваш автобус может выехать из аэропорта в город вашего назначения лишь через два часа после посадки самолета. Потому что гид, видите ли, встретил старого приятеля и заболтался с ним. В отеле вам могут неожиданно сказать, что мест, оказывается, нет, и в связи с этим предложить перекантоваться ночь вместо двухместного номера в четырехместном. Естественно, не вдвоем, а вчетвером, причем с людьми совершенно незнакомыми. Хорошо, не вдесятером. Мы поселились с еще двумя девушками, такая же участь постигла всех прибывших в отель 'Панорама' в Суссе. Правда, обещание свое арабы выполнили, и на следующий день нас поселили в 'двушку'. Надо сказать, нам повезло, с номером было все в порядке. Чего нельзя сказать об остальных – где-то тек холодильник, где-то не работал кондиционер.
Раз уж речь зашла об отеле, должна сказать, что сервис там вряд ли мог устроить любителей изысканного отдыха. Нам-то, неприхотливым, все было по барабану, главное – есть душ и куда притулить голову после жаркого тяжелого – на пляж как на работу - дня. Тем не менее, не могу не упомянуть некоторые моменты арабского понятия о сервисе. Так, забавляли манеры горничных. В первые дни все было чисто и делалось вовремя. Затем мы перестали досчитываться полотенец. Всего их полагалось по три на брата, но нам постоянно не докладывали одну-две штуки. Если сначала на постели после уборки появлялись причудливые фигуры из покрывал, через два дня никто не стал утруждать себя таким проявлением творческих способностей. Мы решили оставить чаевые, причем динара два – хорошие чаевые считаются. И что вы думаете? На следующий день полотенец не было вообще, а постель никто и не подумал заправить. Пришлось гоняться за горничной по этажам, потому что в душ уж больно хотелось. Мы так и не поняли этого знака протеста – то ли все же мало дали, то ли горничная оскорбилась оставленным ей деньгам… хотя со стола они исчезли. Такая же история с полотенцами повторялась не раз, причем с пляжа мы приходили поздно, к этому времени можно было уже не один отель полотенцами обеспечить.
Не пытайтесь просить что-то у портье – он наобещает вам с три короба, но не сделает ни-че-го. Вы, например, можете прождать несколько часов в ожидании человека, который должен отремонтировать вам кондиционер, сотню раз напомнить об этом портье, но результат будет всегда один – вы откроете крышку кондиционера и, вспоминая навыки, приобретенные на уроках труда в технических мастерских (у кого таковых не было – тот попал), отремонтируете его сами. Кроме того, некие конфузы случаются при недопонимании просящего и дающего. Арабы вообще считают себя если не полиглотами, то уж прекрасно говорящими на английском. Причем чем хуже человек говорит, тем более продвинутым в плане языка он себя считает, один тип даже пытался нам внушить, что это мы ничего не понимаем. Мы, конечно, не стали ему объяснять, что заканчивали факультет иностранных языков, но суть не в этом. Наша соседка по этажу испытывала такую же как мы проблему с недостачей предметов в номере, только вместо полотенец в ее деле фигурировали простыни. Она решила попросить их у кого-то из обслуживающего персонала – ну не хотела девушка спать на голом матрасе. По-английски простынь – это 'sheet'. В этом коварном языке есть еще почти также звучащее слово 'shit', которое переводится как, простите, 'дерьмо'. Так вот этот представитель обслуги ее недопонял, но зато выполнил просьбу с на редкость молниеносной реакцией и принес в номер… щетку для чистки унитазов. Поведение тунисских официантов и портье – это отдельная история, поэтому считаю своим долгом посвятить ему целую часть рассказа. Точнее, поведению арабов как нации.
Чем лучше Бармалея?
Честно говоря, не люблю говорить о людях плохо. Да и думать тоже о них плохо не люблю. Но всему есть предел, оказывается. Господа арабы заставили меня усомниться в своей безграничной симпатии к ближним. Я не знаю, у какой нации есть еще более навязчивые и хитрые представители. Арабов можно разделить на несколько видов. Хотя всех их объединяет одно самое мерзкое качество – навязчивость.
Итак, Арабы-милые обманщики. Воровства в Тунисе не существует как такового. Боятся там люди воровать, уж больно наказание за такой грех суровое – и по исламу, и по закону не божьему. Зато обман и надувательство там еще никто не отменял. В этом они – непревзойденные мастера. Ну не вышло из них насильников и грабителей, зато талантом к мошенничеству они компенсировали отсутствие этих 'недостатков' полностью. Приготовьтесь к тому, что практически в каждом кафе и магазине вас попытаются надуть. Причем вы можете этого даже не заметить, с таким дружелюбным видом они это делают. Задавая банальные вопросы, хозяин лавки или ресторана чуть ли не лезет к вам с объятьями, утверждая, что Россия – это его любимая страна, что у него бабушка (тетя, дядя и далее по списку всех возможных родственников) – русская, что он ваш брат навек, тем временем к счету приплюсовывает пару-тройку динаров – сумму, согласитесь, немалую. Вы, растроганные таким замечательным отношением, вытирая слезы умиления, радостно уходите, и только потом понимаете, что вас мило облопошили.
Кроме того, они считают туристов существами абсолютно неразумными, поэтому при продаже всякой галиматьи и хороших вещей называют цену с потолка, вернее, из космоса. Но даже самый тупой и раскидывающийся направо и налево деньгами турист поймет, что такой цены не бывает. Торгуясь, можно сбавить ее примерно в десять раз. Причем сначала они кричат 'Саботаж, мадам!', а потом бегают за тобой, снижая цену еще вдвое. Умилил нас как-то один таксист. От отеля нам нужно было добраться до медины – это где-то километра два. Раньше мы ездили за 1,5 динара, но, тормознув машину, мы ради интереса спрашивали, сколько стоит поездка – цены варьировались от 3 до 5! динаров. Никто не соглашался везти меньше чем за 2, но мы из принципа не ехали. Один из таксистов психанул и сказал, что сейчас поедем по счетчику. Я ответила – с удовольствием, потому что так выйдет еще меньше. Злой араб посадил нас в машину, всю дорогу ворчал, что мы, капиталисты, приехали отдыхать, а лишней копейки нам жалко. Мы попытались вступить с ним в аргументированную дискуссию, но так и не поняли одного: ну если ты не хочешь везти за 1,5 динара, так зачем везешь?
Кстати, по счетчику ездить в такси дешевле, но мы предпочитали договариваться о конкретной цене, потому что хваленые счетчики имели обыкновения ломаться, внезапно выключаться, перепрыгивать сразу через несколько чисел. Арабы обидчиво-мстительные. Плохо то, что у них отличная память на лица! Как-то на пляже к нам подошел молодой человек, который продавал известную забаву - полеты на парашюте над морем. Очень ему хотелось, чтобы мы попробовали себя в роли чаек, однако наши желания с его не совпадали. Тем не менее, мы сказали, что, возможно, завтра мы осознаем нашу ошибку и с утреца прибежим к нему трусцой с мольбами о шансе почувствовать себя властелинами неба, болтающимися на веревке и зависящими от мастерства и настроения лодочника, к судну которого веревка эта прикреплена. Однако ошибку мы не осознали. А товарищ этот по совместительству распоряжался лежаками на пляже. И вот через пару дней мы захотели воспользоваться парочкой из кучи этих самых свободных лежаков (один стоит 1 динар на день), но не тут-то было. Наш парашютист торжественно объявил, что все лежаки зарезервированы (во бред!), но если мы хотим воспользоваться одним, то он готов нам отдать его за 5 динаров. От такой наглости у меня на мгновение пропал дар речи, но потом проснулся. Уж лучше бы он спал, потому что мило разговаривать у меня не получилось. Кончилось все тем, что он обозвал всех русских халявщиками, а я назвала его придурком и послала… достаточно далеко, в общем.
Еще один араб – официант – заявил нашей компании, что он не будет больше разговаривать и даже общаться с одной из представительниц нашей тусовки, потому что она отреагировала на его шутку не совсем так, как ему хотелось бы. Ему показалось, что он лучший в мире шутник, а она не поняла. И он, видите ли, обиделся. Не знаю, долго ли плакала от такой несправедливости девушка. Думаю, она благодарила аллаха за то, что одним здоровающимся и пытающимся заговорить с ней придурком стало меньше.
Арабы-прилипалы. Самый распространенный вид. Его составляют 99 процентов арабов. Никогда бы не посоветовала девушке одной ехать в Тунис. Даже двум девушкам. Даже четырем! Лучше всего быть либо с молодым человеком, либо в огромной компании.
Каждый араб считает своим долгом поздороваться с вами и спросить как дела. В принципе, это можно вытерпеть первые несколько дней, но потом даже от этих невинных слов начинает трясти мелкой тряской. Кроме того, парой слов ограничиваются лишь немногие, обычно улыбчивые представители сильного пола идут дальше с одинаковым для всех набором вопросов: от как тебя зовут до что ты делаешь сегодня вечером. Английский у многих сносный, сначала мы улыбались в ответ и даже болтали с некоторыми, наиболее симпатичными. Потом мы поняли, что превращаемся в роботов, отвечающих по одной и той же схеме. Как девушкам культурным, посылать нам никого никуда не хотелось. Тем более рук никто не распускал, все были предельно вежливы.
Сначала мы просто говорили, что очень заняты – не действовало. Потом мы решили притвориться, что не знаем никакого языка – бесполезно! Они перебирали все языки мира, потешаясь над нашим незнанием и чувствуя себя великими и могучими. Под конец тура мы осознали, что все-таки самый простой и безболезненный вариант для обеих сторон – фраза типа 'отвали, а'? Можно в более грубой форме, чтоб наверняка. Можно даже съехидничать, только они плохо это понимают. Слишком сложен для них такой вид общения.
Правда, многие не понимают вообще ничего. Один официант несколько раз подходил к нам с предложением посидеть вечером на террасе с бутылкой вина. Каждый раз, получая отказ, он с терпеливостью Сизифа и упорностью молодого бычка снова и снова подходил к нам, твердя одно и то же. Самая любимая фраза всех приставал – 'Ну вы же на отдыхе!' По их скромному мнению, это значит, что любым занятиям мы должны предпочесть встречи с представителями страны, в которой мы пребываем, хотим мы этого или нет. Один из портье каждый день приставал к моей спутнице по имени Света с вопросом о том, когда же они пойдут куда-нибудь посидеть. Получая ответ 'никогда', как запрограмированный на успех, он так да самого нашего отъезда продолжал задавать один и тот же вопрос. Еще один официант, поняв, что у самого у него ни черта не выходит, стал знакомить подругу со своим братом!
За 11 дней мы встретили лишь двух более или менее нормальных арабов. Первый – студент, который продал нам по дешевке билеты на морскую прогулку. Совершенно адекватный мальчик, с которым мы случайно сталкивались почти каждый день на улице и даже с радостью здоровались. Второй – араб лет под 40, с котором действительно можно было пообщаться на тему образования, работы, религии и даже политики. В его пользу сыграло то, что он начал диалог с нами с совсем другого вопроса – много ли я курю, а имена спросил лишь на второй день нашего знакомства. Небывалое бывает! Он рисовал всякие загадки на песке, мы как-то даже посидели с ним в кафе, очень хорошо поговорили. Но и этот умудрился достать тем, что хотел видеть нас чуть ли не каждый день, чего мы вынести, конечно, не могли, каким бы чудесным рассказчиком он не был.
Страна для диет
Парадокс: в стране, расположенной на море, морепродукты – самые дорогие блюда. К тому же их днем с огнем не найдешь, и ассортимент крайне скуден. Плюс ко всему тунисцы, как мне показалось, плохо справляются с их приготовлением. Вообще, если вы рассчитываете попробовать изыски национальной кухни – отбросьте эти мысли сразу. Вкусно поесть в Тунисе – это из разряда утопии. Еще большая утопия – поесть в Тунисе дешево. Да простит меня полюбившаяся страна, но для ее еды характерно сочетание неоправданно высокой цены и низкого качества. Не сочтите меня за брюзгу и зануду, по большому счету, нас особо все это не волновало, просто так или иначе вспоминались огромные порции вкуснейшей и относительно недорогой еды в Чехии, где мы были годом раньше. Как известно, все познается в сравнении. А не сравнивать просто не получалось.
Мы готовы были заплатить подороже, если еда подавалась бы в приятной атмосфере, хорошем интерьере, нормальными порциями, но когда в какой-то забегаловке с грязными столами, рваными зонтиками и пластиковыми стульями через полчаса после заказа приносят нечто, размазанное по тарелке, и предъявляют счет на 5 динаров (примерно 5 долларов) – это не совсем по-людски.
Вообще, отыскать в Тунисе приличное заведение, как я поняла, - проблема, причем даже в Суссе, курортном городе с развитой инфраструктурой. Все заведения общепита напоминают либо совковые столовки с мухами, клеенчатыми скатертями двадцатилетней давности и ярко выраженными запахами прогорклого масла, либо российские летние кафе класса ниже среднего. Более или менее приличные рестораны только в отелях, и то далеко не во всех, и разнообразие меню оставляет желать лучшего. Для примера: один раз завернули в кафе, привлекшее нас буйством оранжевых и желтых красок и оформлением в мексиканском стиле. Из представленных в меню напитков не было практически никаких, а под блюдом 'пицца с тунцом', как оказалось, подразумевалась небольшая лепешка, посыпанная несколькими кусочками рыбы. 5 динаров или даже больше. Еще в одном заведении принесли кальмаров, пережаренных, с гарниром из двух ломтиков картофеля, зато полтарелки занимал соус, даже миллиграмм которого вызвал поток слез. Больше 10 динаров. Как-то, пройдя весь Сусс насквозь и так и не обнаружив нормально места для обеда мы пристроились в закусочной и попробовали мешую - традиционный тунисский салат. Наверное, везде он готовится по-разному, но сложилось впечатление, что повара везде переборщают с острыми преправами. Я не смогла съесть даже трех ложек этого, по всей вероятности, дивного блюда. Еще одно национальное блюдо – кус-кус, пробовали его, хм… на любителя, в общем.
Питались мы хорошо только в отеле – в тур были включены завтрак и ужин. Выбор еды был достаточно хорош (хотя под конец отпуска и он надоел), страдало только обслуживание – столы не убирались вовремя, постоянно не хватало приборов, приходилось ждать, пока нарежут арбуз и т.д. Зато поесть там можно было действительно хорошо и много. Особенно мне нравились их десерты.
Повторю - я вовсе не гурман и не привереда. Просто хочу предупредить планирующих провести отпуск в Тунисе, что там действительно не очень хорошо обстоит дело с общепитом, и совершенно непонятно, почему - ведь для хорошей кухни есть все условия: продукты, помещения, толпы голодных туристов.
Что касается напитков с градусами, пива там всего один сорт под названием 'Celtia'. Водка 'буха' неплохая вещь для любителей погорячее, напоминает самогонку. Ликер 'Тибарин' в одном из баров нам попался вкуснейший, но вот купленный в duty free в аэропорту на обратном пути – абсолютно не то. Так что, можно верить и тем, кто восхищается этим напитком, и тем, кто называет его гадостью – видимо, люди пробовали его в разных местах. То же самое и с единственным дешевым тунисским удовольствием - кальяном, который можно покурить практически на каждом углу: где-то вас откровенно дурят, то ли не докладывая табак, то ли смешивая его с одуванчиками или лопухами, а где-то кальян очень хорош. В Суссе лучший мы обнаружили в кальянной комнате отеля 'El Hana Beach'. Для любителей очень рекомендую: там его подает такая милая маленькая тетушка чуть ли не в национальном костюме, которая постоянно подбавляет уголь, машет специальной лопаткой, чтобы он лучше тлел и постоянно что-то лопочет по-арабски и смеется. Может, она на самом деле говорила нехорошие вещи про нас, но делала она это с таким доброжелательным видом, что нам не оставалось ничего иного, как улыбаться в ответ. Кроме того, именно в этой комнате очень уютно и спокойно, восточный интерьер добавляет какой-то смак в сам процесс раскуривания кальяна. Как известно, с кальяном принято употреблять знаменитый тунисский зеленый сладкий чай с мятой, миндалем или кедровыми орешками. Я терпеть не могу чай с сахаром, но именно тунисский чай пила с удовольствием.
Сами
Через день после приезда мы вшестером отправились на самостоятельную прогулку по городу. Захотелось добраться до медины – исторического центра любого арабского города, где есть главная мечеть и рынок. Когда мы ночью проезжали мимо ее высоких толстых стен с зубцами наверху, в свете фонарей под синим небом она казалась местом таинственным и романтичным. Именно поэтому мы так спешили туда. Однако днем все выглядело совсем не романтично, и уж тем более – не таинственно. Тем не менее, главным в медине была ее необычность, непривычность для русского глаза. Под палящим солнцем мы зашли в лабиринт улиц-лестниц. Толпы туристов постепенно сменились на кучки местных жителей. Потом исчезли и они. Мы бродили по улочкам, которые становились все уже, тупиков становилось все больше, и я в конце концов почувствовала себя как герой Миронова в 'Бриллиантовой руке'. Было так тихо и безлюдно, что мы обнаглели и стали заглядывать украдкой в дома, благо двери почти все были открыты и лишь завешаны тряпицами. Люди спали прямо на полу, их голые ноги почти вылезали за порог. Внутреннее убранство этих многочисленных прилепленных друг к другу домишек толком разглядеть не удалось, но внешнее свидетельствовало либо о неприхотливости хозяев, либо об их бедности.
Наконец мы выбрели на более или менее оживленное 'авеню' – там уже изредка попадались люди. Какой-то араб стал настойчиво зазывать нас в кафе, мотивируя тем, что с его крыши открывается панорама на весь город. Говорил, что вход бесплатный. Нашего вопроса 'сколько в таком случае стоит выход?' он не понял, поэтому мы решили, что подняться и вправду можно. Араб не обманул – вид на город открылся чудный. Выпив чаю, мы продолжили путь. И вот в одном из узких уличных проходов меня настиг ужас. Я услышала жуткие звуки, совершенно непонятного происхождения, от которых сердце сначала сжалось, а потом провалилось куда-то на уровень пяток. Я застыла на месте с вытаращенными от страха глазами и спросила непонятно кого: 'Что это?' Все тоже остолбенели, и тут до кого-то дошло – это был призыв к намазу, совершаемый муллой на минарете мечети. Но даже поняв происхождение звуков, облегчения лично я не почувствовала. Звуки были настолько жуткими, что хотелось бежать оттуда прочь, но в то же время хотелось слушать еще и еще, гоняя адреналин по крови. Непостижимое ощущение. Потом мы узнали, что все модернизировано - на минарете стоят колонки, а сам мулла читает призыв внизу. И каждый день, проходя вблизи мечети, я почему-то ждала этих звуков. Необъяснимо.
Еще одну самостоятельную прогулку мы совершили вдоль побережья до пригорода Сусса под названием Порт-Эль-Кантауи. На этот раз вдвоем - всем стало лень преодолевать 5 километров. Порт-Эль-Кантауи – это сугубо туристическая зона, поэтому очень отличается от самого Сусса. К тому же сюда заходят яхты чуть ли не со всего мира. Мы шли вдоль берега, то обжигая пятки горячим песком, то заходя по щиколотку в прохладную воду. Довольно убогие отели и пляжи сменялись роскошными, в совсем безлюдных местах мы останавливались и купались. Впечатление, как будто плаваешь в открытом море – ни одного человека в радиусе 200 метров вокруг тебя. Лишь изредка в воду заходили арабские женщины, причем прямо в одежде.
От Порта добрались до Сусса на прогулочном паравозике. Приехав в отель, обнаружили, что жутко сгорели икры. Это когда мы шли, солнце палило в спину. Вывод: не жалейте крема! Африканские лучи – обжигающие.
По материалам: "100dorog.ru"
|
 |
