 |
Турне по городам Китая - субъективные заметки. Часть2
Окончание
 |
|
|
|
 |
|
Китай - КУПИТЬ ПУТЕВКУ можно в офисе продаж, по адресу:
|
|
|
|
|
|
|
 |
|
|
|
 |
4. Сиань.
Когда-то этот город был столицей китайской империи и одним из крупнейших городов средневекового мира. Можно даже сказать, что китайская империя началась как единое целое из района Сианя. Неподалеку от современного города была ставка и столица первого общекитайского императора, знаменитого Цина Шихуанди, который впервые объединил разрозненные китайские царства в великую империю. И сделал он это очень давно, в 230-е годы до нашей эры. В Европе Рим тогда ещё только воевал с Карфагеном за право построить средиземноморскую империю.
Как большинство великих деспотов, Шихуанди любил помпезность и был параноиком. Соответственно этим чертам он и обставил свои похороны. Сам император похоронен в огромном кургане, который, говорят достигал высоты пирамид. За пару тысячелетий курган просел, но до сих пор выглядит внушительно. А вокруг кургана, как оказалось, покойный император расставил (в закопанном виде) целую армию глинянных солдат. Вероятно он ожидал, что это терракотовое войско оживёт на том свете и будет ему верно служить. Основная гробница императора, кстати до сих пор стоит нераскопанная. А окружающих солдат нашли случайно где-то в середине 70-х годов. Некий крестьянин копал яму для колодца и внезапно в яме показалась голова, а потом и тело воина в натуральную величину. Естественно, начались раскопки уже под предводительством профессиональных археологов и выяснилось, что в глубоких траншеях, окружавших когда-то курган на расстоянии километра от него, расставлены тысячи воинов в боевом порядке. Настоящая армия того времени, только терракотовая. Есть пехотинцы, есть лучники, есть офицеры и колесничие с лошадьми. Тела воинов, защищенные панцирями, отливались по-видимому в стандартных формах. Есть несколько типов тел: солдат стоящий в строю, солдат присевший на одно колено (видимо лучник), колесничий, правящий лошадьми, офицер. А вот головы у этих удивительных статуй изготовлялись отдельно и имели индивидуальные, портретные черты. Много статуй поверженно и разбито на кусочки, но очень много сохранилось почти идеально. Только раскраска практически исчезла. Найдены так же две прекрасно сохранившиеся бронзовые колесницы с запряженными лошадями и кучерами. Качество этих вещей, сделанных более 2 тысяч лет назад изумляет.
Китайское правительство извлекло выгоду по максимуму. Раскопы теперь перекрыты гигантскими ангарами. Терракотовые воины оставлены стоять в своих траншеях, а само место (километрах в 30 от Сианя) превратилось в центр туристического паломничества. Несомненно, осмотр терракотового войска есть главная побудительная причина посетить Сиань.
Хотя на самом деле город Сиань достаточно интересен сам по себе. Находясь в верхней части бассейна Хуанхэ, в северо-западном углу плодородной и обитаемой части Китая, Сиань издавна был перевалочным пунктом на пути Восток-Запад. Отсюда начинался Великий Шёлковый Путь и караваны, груженные шёлком отправлялись в путешествие через горы и пустыни в сторону Средней Азии. Естественно, что город был космополитичен. В нём проживали купцы и другие представители стран внешнего мира. Через Сиань в Китай проникли Ислам и Буддизм. Город переживал взлёты и падения и в последний раз был обнесен высокой стеной уже при династии Минг в 16 веке.
Но вот с осмотром старого города нам не повезло. Сиань встретил нас проливным дождём, который шёл не переставая все три дня нашего пребывания в этом городе. Прямо как у Стругацких в 'Гадких Лебедях'. До терракотового войска мы ещё как-то дошлёпали по лужам. Внутри ангаров-раскопов было сухо и можно было спокойно рассматривать ряды древних воинов. У входа в один из ангаров сидел старый китаец, безучастно взиравший на толпы туристов и напоминавший рыбу из аквариума. Это оказался тот самый крестьянин, который когда-то обнаружил глинянное войско, копая колодец. Теперь у него государственная работа – сидеть в вестибюле музея и подписывать желающим фотоальбомы (естественно за денежки). Не знаю, доволен ли он такой долей. По его безучастному восточному лицу ничего сказать нельзя.
А по старому городу Сианя, до сих пор окружённому высокой и широкой кирпичной стеной, нам пришлось поездить на автобусе. Гулять под дождём как-то не хотелось. Собственно внутри стен уже давно всё перестроено и старые здания стоят окружённые универмагами и ресторанами. Как во всяком приличном китайском городе в Сиане доминируют две массивные башни: Башня Колокола и Башня Барабана. Когда-то это были функциональные единицы. По звуку колокола ворота города закрывали на ночь, а по звуку барабана открывали утром. Единственное место, которое удалось посетить пешком (изрядно замочив ноги), это большая сианьская мечеть. Надо заметить, что мусульмане в Китае неотличимы от прочих китайцев. Разве что наденут белую шапочку. Соответственно и мечеть неотличима от буддийского храма по архитектуре. Разве что нет статуй из буддийского пантеона, да по стенам есть немного арабской вязи.
Дорога к мечети пролегает через рынок, весьма оживлённый несмотря на потоки дождя. Продают как обычно всякие сувениры, включая прежнюю революционную символику и нынешнюю продукцию, эксплуатирующую образ Мао: игральные карты, бюсты, брелки и зажигалки. Всё-таки китайцы тоже перестроились, несмотря на сохранившуюся компартию. Советская компартия, я думаю, никогда не согласилась бы, чтобы на улице продавались карты, описывающие жизненный путь Ленина. Ну например: маленький Володя, изучающий букварь – джокер, а Надя Крупская – дама треф...
Поскольку много под проливным дождём не погуляешь, мы коротали время в крытых помещениях. Например в массажных салонах. Вообще в Китае массажных салонов будет побольше, чем в Москве булочных. Любят китайцы расслабляться на массажных процедурах. Речь идёт именно о массаже, а не о сексе. Впрочем, если есть желание, получить скажем так, сексуальные услуги, это вполне осуществимо в некоторых массажных заведениях. Основные же виды массажа как такового это массаж стоп и массаж тела. Почему китайцы выделяют отдельно именно стопы я судить не берусь, но обставленно всё достаточно солидно. Ноги моют и парят в специальной ванночке с разными мылами и маслами, а потом тщательнейшим образом массируют и растирают, не забывая ни об одной косточке или связке. Я, как человек боящийся щекотки поначалу страдал невыразимо, но где-то в середине процедуры расслабился и... да получил удовольствие. Массажистки трудятся на совесть и занимает процедура не менее часа. Цена такого часа в разных местах колеблется от 30 до 100 юаней. Массаж тела вообще ввёл меня в состояние близкое к нирване и тоже продолжался час.
Другое неизбывное развлечение, это конечно еда. Поскольку Сиань была единственным местом на маршруте, где было прохладно, именно там мы пробовали ужин по типу 'Хот Пот'. На жаре такой стиль не катит. Здесь можно остановиться чуть подробнее на основных разновидностях туристического питания. Про пекинскую утку я уже писал. Но подавляющая часть групповых трапез проходила немного иначе - по типу круглого стола. Происходит это так: в ресторане установлены круглые столы с большим крутящимся диском посередине. Немного напоминает стол для знатоков 'Что Где Когда?'. Пирующие садятся кругом. А на крутящуюся часть стола вместо писем телезрителей выносят блюда со свежей горячей едой. Несколько сортов мелко порезанного мяся и птицы, 1-2 рыбины, овощи, фрукты, рис, лапша, суп – всё вместе. Едоки в отличие от знатоков подкручивают к себе то или иное понравившееся блюда и вместо пищи духовной накладывают в маленькие индивидуальные тарелочки пищу телесную, плотскую. Так за одну трапезу можно перепробовать понемножку дюжину блюд и не обожраться. Запивается всё это зелёным чаем и вполне пристойным китайским пивом. Лучший рекомендуемый сорт 'Цингдао' производится в пивоварнях, основанных в начале ХХ века немцами. Кушая незнакомые блюда надо помнить, что часть из них имеет остроту выше среднедопустимой для европейца. А так в основном всё очень вкусно. Суперэкзотику вроде червей и насекомых не подают. Свинину, учитывая израильское происхождение группы на общий стол тоже не ставили.
В некоторых ресторанах еду предлагали в виде буфета или шведского стола. Один раз мы ели обед в монгольском стиле. Это когда в буфете разложено много-много сырых ингредиентов: ломтики мяса разных сортов, овощи, приправы и соусы. Каждый набирает в миску полюбившееся сочетание продуктов в любой комбинации и несёт всё это к раскалённому металлическому столу, вокруг которого трудятся 'монголы', вооружённые деревянными лопаточками. Содержимое миски вываливается на стол-плиту и быстро перемешивается лопаточками. Через пару минут получаете миску обратно, наполненную дымящейся смесью прямо с плиты. Съев одну миску можно пойти и наполнить ещё одну и так пока не надоест.
Ну и наконец то с чего начал – горячий горшочек или 'Хот Пот'. Бывает общий или индивидуальный. На стол ставится горящая спиртовка или газовая горелка, на которой кипит маленькая кострюлька. В случае общего стола посередине кипит приличного размера котелок. По столу раскладываются тонко нарезанные пластики сырого мяса разных сортов, рисовая лапша, овощи, зелень, грибы. Всё это берётся палочками и суётся в кострюльку или котёл. Тонко нарезанное мясо варится моментально, за 1 минуту. Тонкая лапша – минуты за 2-3. Там же варятся все остальные ингредиенты. По мере готовности пластики мяса и гарнир вытаскиваются из кострюльки, кладутся в миску, сдабриваются соусами и съедаются. В кострюльку, соответственно надо подкладывать новые компоненты и так пока не насытишься. В итоге в кострюльке остаётся весьма наваристый и вкусный мясной суп, который тоже можно съесть с удовольствием. Такая наваристая еда с пылу с жару лучше всего идёт, как я уже писал, в прохладную погоду.
О китайской еде можно говорить и писать очень долго. Китайцы общепризнанные гурманы Востока. Вроде французов в Европе. Но вернёмся к путешествию. На третий день пребывания под непрерывным проливным дождём, мы вновь загрузились в самолёт и вылетели в город Ченгду, столицу провинции Сычуань.
5. Ченгду и Сычуань
Ченгду – город не столь известный в широких кругах жителей России или, скажем Израиля. Тем не менее городок не такой уж и маленький, миллиончиков на шесть с половиной жителей. В нём присутствуют все атрибуты быстроразвивающихся китайских городов: высотные дома и шикарные магазины в центре. Макдональдсы на каждом углу. Скоростные магистрали на столбах. Интересно, что в попавшемся мне путеводителе, выпущенном всего-то лет 15 назад, Ченгду упоминался как безликий индустриальный центр патриархального района Китая с огромным памятником Мао Цзедуну на центральной площади. Статуя вождя с рукой застывшей в жесте голосующего на дороге действительно сохранилась на площади. Кстати это был единственный памятник Мао, виденный мной за всё время. Сама же площадь, закрытая строительным забором подвергается сейчас генеральной реконструкции и приехавшие через год наверняка её не узнают.
Знакомство с Ченгду началось с центра по сохранению и разведению панды, который расположен в зелёном парке на окраине города. Почему панду разводят именно в Ченгду? Да потому что провинция Сычуань, столицей которой является Ченгду, это последнее место естественного обитания панды. В западной части провинции сохранились бамбуковые леса в горах на высоте более 2000 метров. Там и обитают на свободе последние несколько сотен чёрно-белых мишек. Остальные, тоже впрочем немногочисленные панды, топчут зону в разных зоопарках и центрах вроде этого. При устройстве центра предприимчивые китайцы продумали планировку так, чтобы создать максимальные удобства одновременно для панд и для туристов. На самом деле получилось неплохо. Около 30 взрослых зверей размещены в нескольких больших вольерах, а по кругу идёт туристическая дорожка с максимально хорошим обзором. Ленивые животные большую часть времени валяются в теньке, напоминая издали тряпочки или коврики. Иногда, впрочем то один, то другой медведь встаёт и берёт в руку зелёный побег бамбука (эти побеги изобильно валяются в вольерах). Рука у них действительно способна производить хватательные движения. Так вот, схватит панда зелёную палочку и быстро-быстро перемалывает её зубами. Все же остальные движения у панды – медленные. На еду уходит очень много времени, поскольку пища весьма малокалорийная, а тело у животного весьма упитанное.
Одна из сотрудниц центра с явно некитайской внешностью неожиданно обратилась к нам на иврите. Оказалось, что она из тель-авивского университета, выпольняет при центре в Ченгду что-то вроде аспирантуры. Посетовала на то, что бамбуковые медведи в зоопарке начисто утрачивают либидо и размножаться не хотят. Но люди всё же хитрее простоватых животных. На отказ мишек размножаться сотрудники отвечают разными видами искусственного оплодотворения. Так что молодняк на свет пусть и нехотя, но всё же появляется. Одну новорожденную панду нам показали. Поражает несоответствие размеров тела взрослого животного-медведя и новорожденного напоминающего розового крольчонка.
Есть в этом центре ещё один зверь, называющийся 'малая красная панда'. На большую белую панду он совсем не похож. Действительно имеет красно-коричневый окрас. Мордой и размером напоминает енота, а большой полосатый хвост как-будто взят напрокат от лемура. Довольно бойко лазит по деревьям. Ручные панды охотно садятся к человеку на колени в надежде получить яблочко. Вернее сказать, китайцы охотно садят красную панду вам на колени и дают ей яблочко в награду. А вы в ответ даёте китайцам в награду за общение со зверьком 50 юаней.
В общем если вы уже добрались до Ченгду, то не посетить центр панды было бы обидно.
Был в Ченгду ещё один любопытный эпизод. Проезжая по центру города я увидел неожиданно среди новых высоких домов желтое здание с колоннами в стиле псевдоклассицизма. Здание вполне могло бы сойти за дворец культуры какого-нибудь советского завода 50-х годов типа 'Серп и Молот'. Но удивительным было другое: на фасаде здания большими золотыми буквами было написано 'Русский Театр Волга' и ещё помельче: 'Ночной Клуб Катюша'. На фронтоне красовалось так же изображение собора Василия Блаженного. В гостинице я взял велорикшу и снедаемый любопытством вернулся к этому зданию. На стоянке стояло несколько машин – БМВ, Мерседесы и Ягуары. Ого, подумал я, театр пользуется популярностью у новых китайцев. У дверей стоял человек в белом. Что-то среднее между лакеем и швейцаром. На мой вопрос, что это за театр и где здесь водятся русские он беспомощно залопотал на своём языке и провёл меня в холл. Туда сбежалась ещё дюжина китайцев, но ни один не говорил ни по-русски ни по-английски. Отчаявшись найти общий язык, они потащили меня вглубь строения по мраморным лестницам, устланным коврами. Внезапно я оказался в большом зале, напоминавшем римские термы с огромным несимметричным бассейном посередине, с ваннами-джакузи по бокам и какими-то боковыми кабинетами. В бассейне нежились немногочисленные китайцы и их дамы. Будучи совершенно не готов к такому повороту событий я раскланялся и ушёл. А происхождение русского антуража так и осталось для меня загадкой.
Теперь пару слов о провинции Сычуань. Это одна из крупных и густонаселённых провинций Китая. По площади и населению (100 миллионов) примерно соответствует размеру Германии. Расположена к югу и юго-западу от района Сианя, опять-таки на западном краю населённой части Китая. Дальше на запад начинаются предгорья Тибета и население заметно редеет. Но в той части Сычуани, где находятся основные туристические аттракции, а следовательно там, где гуляли мы, всё было насыщено влагой и зеленью. Климат тёплый и мягкий. В общем идеальное место для круглогодичного земледелия. Очень много деревень. В Сычуани выращивают много риса и чая. В последние пару десятилетий экономического бума бешеными темпами растут города, в которые постепенно перетекает сельское население. Ещё одна отличительная черта Сычуани – знаменитая сычуаньская кухня, отличающаяся невообразимым количеством специй и изрядной остротой. В отелях повара учитывают склонности европейских и американских туристов, но если вы зайдёте в обычный ресторан для местных, то заказанное блюдо может оказаться ОЧЕНЬ острым, вплоть до полной несъедобности.
Для туристов Сычуань интересна ещё тем, что в ней расположены буддийские религиозные центры общекитайского значения. Некоторые даже занесены в список культурного наследия ЮНЕСКО. Вот немного о тех местах в провинции, где пришлось побывать:
- Лишань и гигантский Будда. По китайским меркам Лишань – городок крошечный. Что-то около 100 тыс. жителей. Расположен возле места слияния двух быстрых рек. Надо сказать, что все реки в Сычуани относятся к бассейну великой реки Янцзы. Одна река впадает в другую возле высокой скалы и в этом месте вода постоянно образует водовороты. В сердневековье в этом месте часто разбивались ладьи купцов. Гибли люди и товары. В тот период Буддизм в Китае был новой, молодой религией и очевидно наполнял сердца людей энтузиазмом. Короче один из влиятельных буддийских монахов, где-то в начале 8 века предположил, что это место одержимо злыми демонами. И тут же предложил выход: соорудить статую Будды, который приглядывал бы за нехорошим местом и отгонял бы демонов. У монаха несомненно нашлись последователи, ибо за последующие 90 лет в скале, высящейся над стремниной была высечена гигантская статуя сидящего Будды Шакьямуни. Колосс высотой в 70 метров,отдалённо напоминающий гигантов из 'Властелина Колец', безмолвно взирает на быстрые воды. Вдоль тела гиганта медленно спускаются по высеченным в скале лестницам люди, выглядящие с реки, как муравьи. После того, как шизнутые афганские талибы расстреляли из пушек похожую скальную статую огромного стоящего Будды, лишаньский Будда стал самым крупным в мире. Не знаю, помогло ли это творение фанатов буддизма средневековым купцам в смысле снижения количества аварий на реке. Точно знаю только, что оно помогает современным лишаньцам и вообще китайскому государству. Проплывающие по реке прогулочные суда привозят вместе с туристами изрядные денежки, оседающие как в госказне, так и в карманах многочисленных местных торговцев.
Мы прогулялись по небольшому, но весьма оживлённому базарчику, примыкающему к набережной. Кроме традиционных поделок и овощей, на рынке продавалась целая куча речных даров: сомики, сидящие в тазах с водой, какие-то ракообразные и червеобразные твари, земноводные (лягушки) и рептилии (черепахи). Одной такой черепахой я заинтересовался. Животное сидело в тазу, имело размер суповой тарелки и судя по всему для супа же и предназначалось. Поразили меня маленькие косенькие азиатские глазки и нос, сформированный в виде свиноподобного пятака. Ну я и протянул указательный палец с намерением потрогать черепаху. Внезапно злобноватое животное сделало молниеносный бросок головой сидящей на неожиданно длинной шее и вцепилось мне в палец зубами. Я выдрал палец вместе с кожей. Обильно потекла кровь. Нагноения правда не было, но всё равно ощущение не из приятных. И самое главное – стыдно. Ну в самом деле, как это можно, быть укушенным черепахой! Но видимо китайские черепахи способны на быстрые, решительные поступки. В общем, берегитесь черепах и ни в коем случае не суйте им пальцы под нос.
- Горы Эмейшань. Это система из нескольких гор высотой 1.5-3 км. лежащая недалеко от Лишаня на краю Чендуской равнины. Очертания гор мягки и напоминиют изгиб девичьих бровей, откуда и пошло название. 'Эмей' по-китайски значит что-то вроде 'прелестные брови красавицы', а окончание 'шань' - это гора. Места эти отличаются мягким приятным климатом и очень красивыми видами. Видимо поэтому их облюбовали сначала буддийские отшельники, а потом целые монашеские общины. До буддистов горы эмей были святым местом для даосов, но впоследствии буддисты вытеснили приверженцев даосизма и уже около 1600 лет считают эти горы буддийской святыней – одной из 4 святых гор в Китае. В средние века в этих местах насчитывалось до 200 буддийских монастырей. После революции и общего упадка религиозности в строю действующих осталось чуть больше десятка. Подъём в горы очень красив. Туристический автобус довёз нас до станции в городке Эмей у подножия гор. Наверх поднимаются только маленькие автобусы или частные машины. Мы пересели в малые автобусы и поднялись до какой-то промежуточной станции. Оттуда дальше наверх уходила канатка. Вагончики плывут над морем зелени. Вершины почти всегда прячутся в дымке и тумане. Высаживаемся на площадке на высоте более километра. Дальше наверх идёт дорога, для желающих достичь верхней дочки хребта. Это уже более 3 километров. Там, наверху есть пристанища для ночлега и несколько храмов. Мы же вверх не полезли, а направились через вездесущий сувенирный базарчик к близлежащему монастырю и храму Ваньняньсы. Храм построен по всё той же схеме двор-павильон-двор. Интересна не сама архитектура павильонов, а то как они вписаны в ландшафт. Как украшены садами и прудиками. Всё вместе удивительно красиво. В центральном павильоне восседает на спине белого слона какой-то древний монах, прославившийся в средневековье своими медицинскими знаниями. Статуя большая, под потолок. Во дворе китайцы справляют свои нехитрые ритуалы. Большинство простых посетителей похоже зажигают свечи и воскуривают благовония совершенно бездумно. За годы коммунистического правления религиозность населения в Китае усохла не меньше чем в России.
От храма до нижней станции канатной дороги можно спуститься по длиннющей лестнице в 2500 ступенек, что мы и сделали. Лестница проложена по склону горы среди вечнозеленого леса. Лес наполнен пением птиц. Лиственные деревья перемежаются высокими стволами бамбука. Среди деревьев порхают огромные бабочки весьма благородного окраса. Но попадаются на этой лесной трассе и куда более назойливые обитатели. Прежде всего это носильщики и обезьяны. Подробнее о каждом из них. Носильщики – это такие китайцы, которые промышляют частным извозом на склонах горы. Склон горы крут и копытные животные видимо не могут его одолеть с достаточной скоростью. Поэтому китайцы-носильщики предлагают в качестве вьючной скотины самих себя. Выглядит акт переноса туристов довольно впечатляюще. Двое худых жилистых парней подхватывают носилки с полулежащим телом и стремительно несутся вниз по бесконечной лестнице, перескакивая сразу через две ступеньки. Как они при этом не падают, одному Будде известно. Снеся туриста вниз парни получают на двоих 60 юаней (меньше 8$) и стремглав несутся с носилками обратно вверх по лестнице в поисках нового клиента. Такой способ спуска несомненно подходит для пожилых людей с болью в спине и коленях. С другой стороны использование человека (который как известно звучит гордо) в качестве вьючного животного, да ещё за такие гроши, как-то немного коробит. Поднимаясь с носилками в гору, носильщики постоянно пристают к спускающимся в пешем строю (а таких немало) с просьбой усесться в их носилки и завершить спуск бешеным галопом на спине доброго китайца. Отвязаться от носильщиков не так просто, хотя и возможно.
Обезьяны – это такие макаки, которые промышляют на склонах горы попрошайничеством, нещадно эксплуатируя своё забавное физическое сходство с человеком. То тут, то там обезьяны появляются по сторонам туристической тропы и кривляясь дожидаются подачек. Животные эти дикие, прямо из леса, так что после случая с черепахой у меня не было никакого желания познакомиться с ними поближе. Говорят, что выше, в горах обезьяны иногда даже могут напасть на одинокого туриста. Не убить, конечно, но отобрать и выпотрошить сумку они вполне способны. Впрочем на спуске ниже монастыря Ваньняньсы количество людей явно превышает количество обезьян и прямое нападение никому не грозит.
- Пещерные скульптуры в горе Баодиншань близ Дацзу. Ещё одно место, отмеченное в списке мирового культурного наследия ЮНЕСКО. Километрах в 10 от уездного городка Дацзу в мягких меловых утёсах вырезаны прямо в камне сотни, если не тысячи фигур. Во времена средневековья там, на склонах горы Баодиншань, было много буддийских монастырей, монахи которых развлекались таким вот странным образом. В основном вырезали конечно самого Будду и другие персонажи китайско-буддийского пантеона, вроде тысячерукой богини Гуаньинь. Но попадаются и чисто бытовые сценки: два подвыпивших крестьянина ведут в поводу волов и распевают песни. Есть и страшилки вроде картинок из жизни ада. Я так и не понял есть ли ад в буддийской концепции, но сценки с колесованием, побиванием палками и сварением грешников в котлах переданы весьма натуралистично, со знанием дела. Фигуры вырезаны в скале на извитом таком карнизе, так что идя вдоль этого карниза можно любоваться искусством древних резчиков по камню на протяжении примерно полукилометра. Есть там и очень большая 30-метровая фигура лежащего Будды: нирвана Шакьямуни. Лежит себе с закрытыми глазами и загадочно улыбается. В лице явно проступают индийские черты. Видимо китайские монахи были знакомы с индусами. В общем часа 3 в этом месте можно провести не без пользы. Резьбу по камню в таком количестве редко где увидишь. Из Дацзу мы поехали на ночлег в крупный город Чунцин, расположенный относительно недалеко, километрах в 150-ти.
- Чунцин. Этот город был последней точкой нашего автобусного переезда по Сычуани. Расположен он на юго-восточном краю этой огромной провинции. Пробыли мы там менее суток. Фактически переночевали и на другой день в полдень уже улетели дальше. А жаль. Город при беглом осмотре показался весьма живописным. Все крупные китайские города виденные нами до сих пор были построены на равнинах, а Чунцин с его 4 миллионами жителей раскинулся на гористых берегах по обе стороны великой реки Янцзы. Здания в центре современные, высокие и красивые. Как и везде в Китае, чувствуется бурный рост. Река Янцзы у Чунцина не очень широкая. По-моему не более километра. Это её верхне-среднее течение. От Чунцина вниз по реке до Уханя отправляются в 3-х дневные круизы туристические теплоходы. Говорят ниже Янцзы протекает по огромным каньонам необыкновенной красоты. Впрочем красота скоро поувянет. Китайцы строят ниже по реке гигантскую плотину и большая часть пейзажей просто уйдёт под волу. Большевики сделали нечто похожее с Волгой. А пока течение воды в Янцзы очень быстрое. Мутная вода несёт бурую породу – местную почву. В общем если кто хочет увидеть неиспорченную Янцзы, надо торопиться. До пуска плотины остались считанные годы. Мы же, к моему сожалению не долго любовались рекой. Быстренько загрузились в самолёт и улетели дальше, на юго-восток Китая, в Гуйлин.
6. Гуйлин
Здесь мы вновь ощутили дыхание тропической жары. Город южный. В октябре солнышко жарило за 30 градусов в тени. Но жара не была утомительной. Во-первых море не близко, следовательно не так влажно. А во-вторых сама атмосфера этого города располагает к полнейшей расслабухе. Что-то вроде Адлера или Минвод. Город по китайским меркам совсем небольшой. Где-то под 700-800 тысяч жителей. В последнее десятилетие растёт особенно быстро, причём именно как туристический город, а не центр тяжёлой индустрии.
Что же притягивает толпы туристов в далёкий южный город? Великой стены, терракотовой армии и крупных монастырей там нет. Главное богатство Гуйлиня это незабываемый ландшафт его окрестностей. Пейзажи из тех, которые раз увидев не забудешь никогда. Город стоит в долине небольшой речки среди хаотично и густо разбросанных карстовых холмов. Вернее даже было бы назвать эти образования скалами, ибо вздымаются они совершенно вертикально метров на 100-150. Те кто рассматривал китайские рисунки на шёлке, бумаге и фарфоре, несомненно узнали бы эти вертикальные, причудливо очерченные холмы, тут и там поросшие деревьями. Между холмов вьётся неширокая речка, а по ней скользит бамбуковая лодочка со стоящим в ней китайцем. Вот это в точности пейзаж окрестностей Гуйлиня. Главной аттракцией для останавливающихся в Гуйлине туристов является плавание на маленьком пароходике вниз по реке Ли. Плавание продолжается около 4.5 часов. Река неширокая, метров 100-200. Совсем неглубокая. В прозрачной воде хорошо видно дно. После бурых рек бассейна Янцзы, густо насыщенных взвешенным илом смотрится особенно красиво. Берега реки поросли бамбуковыми рощами. Иногда мимо проплывают деревушки, стоящие прямо на берегу. Крестьяне плавают по реке на своих лодочках, как будто украденых из классического китайского пейзажа. У воды задумчиво жуют жвачку южные водяные буйволы с загнутыми назад рогами. Иногда буйволы забираются в воду по саме ноздри и шумно отфыркиваются. А фоном пейзажа всё время служат зелёные причудливые холмы. То что я набросал, конечно лишь приблизительные штрихи. Передать дивный пейзаж словами в принципе невозможно. Лучше один раз увидеть. На пароходике разносят чай и баджо – местное китайское пойло из риса. Гораздо крепче японсой сакэ. Скорее напоминает чачу, ароматизированную какими-то специями. Иногда для понта в бутыль с баджо бросают выпотрошенную змею. Такая самогонка настоянная на змее стоит в два раза дороже. Можно в принципе заказать на пароходе и полный обед, который готовят тут же в маленькой кухоньке на корме, но мы этого не делали. Лучше всего обедать в конечном пункте этого круиза. Все пароходики идущие вниз по реке Ли швартуются в конце концов в крупной деревне Яншо. Деревня модернизирована и полностью приспособлена для нужд западных туристов. Главные улички это один нескончаемый базар, где продаётся куча безделушек, украшения, одежда, рисунки. Тут же масса ресторанчиков с вполне сносной пищей. Меню написаны на всех языках мира, включая иврит. Местные немного понимают по-английски, что облегчает процесс торговли и питания. Есть так же масса циммеров и мелких гостиничек, так что молодые туристы-рюкзачники тоже любят это место. В общем деревенька стильная и нескучно провести в ней пол-дня вполне реально. Обратный путь в Гуйлин проделали на автобусе.
Сам город Гуйлин тоже весьма приятен для прогулок и побывав в нём пару дней вы точно не соскучитесь. Стоит город на небольшом притоке Ли. Вокруг, да и посреди города – всё те же живописные и причудливые холмы-скалы. Особенно много туристов толчется на набережной близ вытянутой скалы с отверстием посередине, которую почему-то называют 'Слон'. Весь город пронизан каналами и озерцами, соединенными в единую систему. Вечером, когда в парках и на набережных зажигаются огни, можно совершить прогулочный круиз по воде через весь Гуйлин. Пароходики отправляются от причала на озере возле главного проспекта. Посреди озера высятся две стройные пагоды. Одна повыше вся подсвечена золотым, а вторая пониже – серебряным светом. Это пагоды солнца и луны. Современная стилизация, но очень удачная. И дальше вся прогулка по воде проходит вдоль парков расцвеченых фантастическими огнями, под красивыми мостами, среди пагод и отелей. Чувство красоты, эстетика, как я уже писал развиты у китайцев вполне. Так что ночной Гуйлин при осмотре с воды очарователен даже больше чем дневной. По вечерам есть в Гуйлине ещё несколько туристических аттракций. Одно из оригинальных впечатлений – ночной лов рыбы с помощью ручных, специально обученных бакланов. Этот традиционный местный промысел в обязательном порядке показывают приезжим туристам. Зрелище достойно того, чтобы потратить на него час-другой, если конечно вы не оголтелый защитник природы из породы зелёных. Происходит действо следующим образом: туристы рассаживаются по обоим бортам длинного речного катера, который отчаливает от причала и идёт тихим ходом вверх по реке. Одновременно от берега отваливают две бамбуковые лодки, похожие скорее на плотики, связанные из 5-6 бамбуковых стволов. На лодках-плотиках находится следующая компания: китаец с шестом, которым он отталкивается от мелкого дна и направляет плотик вверх по реке, 4-5 ручных бакланов, 2 ярких фонаря на носу и корзина для ожидаемой рыбы. Функционирует эта система на удивление просто. Китаец отдаёт команду и обученные бакланы как собачки прыгают в воду и начинают нырять, быстро проносясь под водой в свете фонарей, подвешенных на носу плавсредства. То одна, то другая птица периодически выныривает с рыбой в зубах, вернее в клюве. Если рыба мелкая, вроде кильки, баклан её ловко подкидывает и заглатывает. Если же рыба имеет размер карася, то она тут же застревает в зобу у ловчей птицы. Дело в том, что находчивые китайцы повязывают на шею каждого баклана аккуратный галстучек. Птицу он не душит, зато не даёт растянуться зобу и проглотить крупную добычу. Таким образом рыба застревает у птицы в зобу так, что хвост торчит из клюва. Что остаётся делать баклану? Конечно же он как пингвин выскакивает на полном ходу на плотик и бежит к хозяину. Хозяин берёт птицу в руки, вытряхивает рыбу из горла в корзину, отечески треплет баклана по щеке и отправляет его обратно в воду для продолжения охоты. Плотики с ловчими бакланами плывут параллельно катеру с туристами по одному с каждой стороны и очень близко. Так что зрелище доступно всем, хотя и вызывает самые разные эмоции – от восторга до негодования по поводу эксплуатации птицы человеком. Человек известная ханжа по самой своей природе. Птицы выглядят сытыми и ухоженными. 'Работают' они не более 3-4 часов в сутки. Получают за это полный пансион от своего хозяина. Когда птица стареет её никогда не убивают, а кормят при дворе хозяина до самой смерти. По-моему не так уж плохо. Во всяком случае лучше, чем эксплуатация человека человеком на шахтах Воркуты или рудниках Магадана. Но это я уже отвлёкся не по делу. Вернёмся в Гуйлин.
Ещё одно вечернее развлечение, это ночной базар, который разворачивают каждый вечер на главном проспекте. Рай для любителей сувениров, безделушек и прочих вещичек 'на память'. Раза в 2 дешевле, чем в Пекине и Шанхае. Можно и нужно торговаться. В общем часов с 10 и до полуночи время пролетает незаметно.
Есть в Гуйлине и небольшая старая часть, окружённая крепостной стеной. Впрочем это место предназначено больше для самих китайцев. Туристов там мало. Гуляя вокруг старого города я обнаружил 2 католических собора. Находка не столь частая в Китае, где христиан не так уж много. Церкви находятся в весьма убогом состоянии, напоминая своих российских собратьев в годы советской власти.
Что в Гуйлине не убого, так это городские парки и сады, в которых можно гулять с кайфом днём и вечером. С ресторанами тоже всё в порядке. В общем атмосфера, как я уже упоминал, расслабушная и для туриста очень подходящая.
Вокруг Гуйлина завозили нас ещё в несколько любопытных мест. На окраине города имеется небольшая, но очень симпатичная карстовая пещера со сталактитами, сталагмитами и подземным озерцом. Всё это мастерски подсвечено и озвучено негромкой приятной музыкой. Пещера так и называется 'пещера флейты'.
Кроме упомянутого плавания по реке Ли до деревни Яншо, вывозили нас за город ещё раз. Километрах в 100 от города расположен район Лонгшен. Это холмистая область, причём холмы там приобретают обычные, привычные нам очертания. Неповтоимую красоту тем местам придаёт деятельность человека. Холмы издали выглядят расчерченными в зелёную полоску. Этот эффект создают бесчисленные террасы, вьющиеся по их склонам. Большая часть террас предназначена для выращивания риса и время от времени затапливается водой, которая спускается сверху вниз по системе трубочек и канальцев. На некоторых, более сухих террасах выращивают овощи. Все склоны, кроме вертикальных распаханы. Используется каждый гектар земли. Если едешь по горной дороге и смотришь на холмы и долины сверху вниз – зрелище не менее впечатляющее чем карстовые холмы вокруг Гуйлина. Дополнительную экзотику тем местам придают племена нацменьшинств, которых не так уж мало в южном Китае. Мы посетили деревеньку, где проживали представители племени Яо. Эта народность немногочисленна и расселена от Лонгшена дальше на юг, включая Лаос и Таиланд. Племя, которое мы посетили называют так же 'длинноволосыми'. Туземные женщины отращивают (а у кого не получается отрастить – наращивают путём вплетания) длиннющие волосы до пола. Носят эти волосы на голове завязанными в виде тюрбана, но при приезде туристов, естественно распускают и показывают во всю длину в надежде получить бакшиш. Показали нам свои деревянные дома. В общем-то примитивные, но просторные. И признаки прогресса в виде спутниковых 'тарелок' заметны почти в каждом доме. И ещё, в деревне у Яо было непривычно много детей. Закон одна семья – один ребёнок на нацменьшинства не распространяется.
После утомительной многочасовой поездки к дружественным племенам, мы собрались в аэропорту Гуйлина и покинули 'социалистическую' часть Китая. Самолёт взял курс на цитадель капитализма – Гонконг.
7. Гонконг
Представления о том, что такое Гонконг сейчас, после ухода англичан, были у меня весьма смутными. Да и географически, как оказалось я неправильно представлял себе это место. Мне казалось, что речь идёт о городе-государстве, расположенном на острове близ берегов Китая. На самом деле всё не так или не совсем так. Ряды стройных, высоких небоскребов, теснящихся у воды на фоне зелёного пика, пейзаж известный ещё по фильмам Джекки Чана – это действительно остров Гонконг. Там, на небольшом пятачке сосредоточение экономической мощи колонии: банки, биржа, оффисы крупных фирм. Там же расположен бывший дворец английского губернатора. Но остров Гонконг, это ещё далеко не вся колония. Расстояние от острова до берега – всего одна миля. Англичанам принадлежали так же земли на материковом берегу: полуостров Коулун густо застроенный зданиями попроще. Коулун плавно переходит в так называемые 'новые территории', тянущиеся ещё километров на 20 в глубь суши. Там и проходит сухопутная граница с собственно Китаем. А кроме того в состав колонии входит ещё куча островов и островков. Самый большой из этих островов назывющийся Лантау, заметно крупнее острова Гонконг. Коулун соединён с Гонконгом двумя подводными тоннелями (проезд на машине платный; при проезде на такси плата за тоннель включается в тариф счётчика). Кроме того через узкий пролив постоянно курсируют паромы с весьма недорогой платой за проезд. А между Коулуном и островом Лантау японцы построили несколько лет назад огромный висячий мост необыкновенной красоты. Машины проносятся в 70 метрах над поверхностью воды, так что внизу свободно проходят океанские суда. На Лантау расположен гонконгский международный аэропорт. Остров гористый, поэтому для постройки аэропорта было засыпано морское мелководье. Так что гигантский аэропорт расположен на земле отвоёванной у моря. Такова вкратце география того, что в недавнем прошлом было британской колонией Гонконг.
А что же представляет собой Гонконг сегодня, 8 лет спустя после ухода британцев? Насколько мне удалось понять, англичане, ведя переговоры о передаче Гонконга Китайской Народной Республике, выторговали условие, что Китай не будет менять политико-экономический строй, сложившийся в этой колонии на протяжении 50 лет. Так что капитализму осталось жить ещё 42 года. Впрочем, кто его знает? Может быть за оставшиеся годы политические и экономические различия между КНР и Гонконгом сотрутся сами собой. Пока же китайцы аккуратно соблюдают данные обещания. Китайская армия заняла освободившиеся британские базы, взяв таким образом контроль над обороной и внешней политикой. Во внутренние же дела колонии Пекин подчёркнуто не вмешивается. В Гонконге есть своё правительство, свой флаг, своя полиция. И валюта у них своя – гонконгский доллар. Чуточку дороже юаня. Граждане Гонконга автоматически являются гражданами Китая и могут ездить на материк без ограничений. В то же время они сохраняют гонконгские паспорта и могут выезжать во внешнюю заграницу. Граждане же КНР, гонконгского паспорта естественно не имеют и их въезд в Гонконг строго регламентирован. Не всё конечно так уж розово. Элемент неопределённости есть. Сегодня в Пекине модно строить экономические модели и наблюдать за ними. Это по-видимому одна из причин почему не трогают Гонконг. А что будет завтра известно не столь твёрдо как многим бы хотелось. Так что после ухода британцев многие банки и оффисы фирм перекочевали за границу, в основном в Сингапур. Впрочем, большая часть бизнеса осталась на месте и сегодня гонконгская автономия остаётся весьма сильной в экономическом плане.
Для туристов Гонконг тоже неплохая аттракция. Есть что посмотреть и (не менее важно) есть что купить. Гонконг прекрасная иллюстрация преимуществ свободной экономики, добивающейся чудес при наличии трудолюбивого населения. Пока заидеологизированные жители материкового Китая занимались Великими Скачками и Культурными Революциями, Гонконг как-то незаметно превратился в один из центров мировой торговли и производства электроники. Исторических памятников в Гонконге нет. Эта колония строилась в последние 100 лет практически на пустом месте. Бухты и проливы между островками использовали для стоянок местные морские грабители и контрабандисты. Англичане заняли пиратский остров, чтобы контролировать вход в порт Кантон, называемый сегодня Гуанчжоу. Тогда, 150 лет назад это был главный и практически единственный центр торговли Китая с Западом. Место оказалось удачным и приобрело самостоятельное экономическое значение, затмив впоследствии роль Кантона.
Так что вся красота и мощь, которую вы видите в Гонконге – это красота и мощь современности.
Наилучшей точкой для осмотра по-моему является вершина зелёного пика, доминирующего над островом Гонконг и носящего имя Виктория. Весь морской фасад колонии оказывается прямо под вами. Дальше прекрасно видно пролив и полуостров Коулун. Некоторые особо высокие небоскребы вздымаются почти вровень с пиком Виктории. Самое высокое здание оффисов, стоящее на набережной имеет 88 этажей и почти 440 метров в высоту. По склонам пика лепятся жилые массивы, а в оврагах между ними – спортплощадки и кладбище. Использован каждый метр территории.
На другой стороне острова земля выглядит чуточку посвободнее, хотя пустых мест вы не найдёте. Есть неплохой пляж на Риплз Бэй. Мягкий песочек и тёплая вода. Море по большей части спокойное. Это всё же не открытый океан, а проливы и острова. Далее, если возвращаться к главной набережной, дорога идёт через довольно большой район Абердин, бывший когда-то рыбацкой деревней. Деревни как таковой нет. У воды теснятся избушки по 25-50 этажей. Но в заливе до сих пор стоят джонки рыбаков, используемые как для промысла, так и для жилья. А посреди абердинской бухты стоит на приколе огромный плавучий ресторан 'Джамбо', отделанный в лучших традициях китайского китча. Есть в Гонконге о большие развлекательные парки для прогулок на целый день. Это прежде всего Диснейленд и Океанский парк. К сожалению из-за недостатка времени я не был ни в одном из них. Диснейленд, второй в Азии после токийского, открылся буквально за несколько месяцев до моего приезда. Как сказал портье в гостинице, там сейчас такие очереди на каждый аттракцион, что лучше не соваться. Китайцы сами ещё не привыкли к новому развлекалову и валят валом. А китайцев как известно много. Океанариум, если честно, привлекал меня больше, но вот тоже не сложилось. Если остров Гонконг с его оффисами и парками является официальной частью колонии, то Коулун – это праздник жизни простого китайца. Именно там имеет смысл покупать всякую всячину, если вы улетаете домой из Гонконга и у вас ещё не кончились деньги после поездки по Китаю. Наши туристы именно так и делали. Центральной осью Коулуна является торговый проспект Натан Роуд. Одним концом этот длиннющий проспект упирается в набережную с космическим музеем и шикарным видом на остров Гонконг. Здесь же сохранилась часовая башня старого железнодорожного терминала, на который прибывал когда-то трансазиатский Восточный Экспресс. В основной же своей части Натан Роуд это концентрат самых разнообразных магазинов, среди которых немалую долю занимают магазины мелкой электроники: фото- ивидеокамеры, карманные компьютеры, МП 3 плейеры и т.п. Вплотную к Натан Роуд примыкает целый квартал электронных лавок на улице Sai Yeung Choi. Впрочем такой уж большой разницы в ценах на электронику я не заметил. Не знаю имеет ли смысл везти эти вещи из Гонконга. Гарантии на ремонт нет. И к тому же в мелких лавках вас вполне могут надуть, подсунув в последний момент некачественный или использованный товар.
Мои товарищи по группе увлекались так же заказыванием очков. Если заказать сложные бифокальные линзы в приличной оправе, получается почти в 2 раза дешевле чем в Израиле. И работают китайцы быстро: сегодня принял заказ, завтра выдал очки.
Там же, параллельно Натан Роуд, функционирует ночной рынок по троговле сувенирами и дневной рынок нефрита. В общем, для желающих заняться шоппингом – полное раздолье. Неплохо развита в Гонконге и индустрия питания. Бесчисленное множество ресторанчиков предлагают все виды азиатской кухни и многие виды кухни европейской. Диапазон цен очень разный. Есть очень дорогие заведения, но можно поесть прилично и за весьма скромную сумму.
Но вот последние покупки сделаны, нерастраченные деньги проедены и автобус с правым английским рулём уже везёт нас по высокому мосту на остров Лантау. Последняя прогулка по длиннющему терминалу гонконгского международного аэропорта, имеющего 80 ворот-выходов к самолётам. И взлетающий самолёт делает прощальный вираж над прекрасным островом, отправляясь в долгий 11-часовой полёт до Тель-Авива.
В полёте и после, уже в Израиле, я ещё долго переживал увиденное, пытаясь осмыслить мощь великого народа, непрерывно существующего в рамках своего национального государства уже как минимум 3500 лет. Народа, сменившего на этом длинном пути много религиозных и философских доктрин. Народа, строящего сейчас новую цивилизацию западного типа и при этом сохранившего неповторимую восточную специфику и даже ухитрившегося не отменить коммунизм. Если Китай будет развиваться дальше такими же темпами, то центр мировой экономической мощи через несколько десятилетий скорее всего переместится в сторону Пекина.
В общем, если вы любознательны, любопытны и имеете в кармане несколько тысяч свободных (я не говорю лишних) долларов, то я вам очень советую посетить эту необыкновенную многоликую страну.
Алекс
|
 |
